blackstonebite (blackstonebite) wrote in mil_history,
blackstonebite
blackstonebite
mil_history

Categories:

Падение Дамаска


PostSkriptum.me

1 октября австралийская кавалерийская бригада, получившая приказ перерезать дорогу на Хомс, решила сократить путь и пройти через Дамаск. Саид Абд эль-Кадир, недолго думая, решил сдать город австралийцам. Это совершенно расстроило все британские планы.



В самом конце первой мировой войны, в сентябре 1918 года, турки были разгромлены и Дамаск пал, став еще одним трофеем Антанты в ее кампании на Ближнем Востоке.

Конкретные обстоятельства падения Дамаска известны мало, но  они важны тем, что стали составляющим элементом бомбы с часовым механизмом, взрыв которой мы наблюдаем сейчас.

Кампанией в Сирии, как и предшествовавшей кампанией в Палестине, командовал британский генерал Эдмунд Алленби. Алленби предвидел, что германский командующий Лиман фон Сандерс ожидал повторения палестинской операции – отвлекающий маневр на побережье и бросок внутрь страны. В Сирии Алленби поступил с точностью до наоборот.

Он оставил линию своей береговой обороны, протяженностью около 90 км, практически незащищенной. По ночам основные силы Алленби перебрасывались на запад, на побережье, где их присутствие тщательно скрывалось. Днем небольшие подразделения, поднимая столбы пыли, маршировали на восток, создавая иллюзию передвижения крупных сухопутных сил. На востоке также разбивались огромные, но пустые палаточные лагеря. К востоку от реки Иордан британские агенты позволили "утечку информации" о том, что они закупают большое количество фуража.

Количество атакующих британцев составляло 69 тысяч человек. Под командованием Лимана фон Сандерса было не более 36 тысяч. Алленби удалось обмануть Сандерса, и тот сосредоточил основную массу своих сил в восточной  Палестине, в то время как Алленби нанес основной удар вдоль побережья.

Ранним утром 19 сентября 400 пушек Алленби открыли огонь по немногочисленным турецким защитникам побережья. Через 15 минут началась атака пехоты – британцев, индусов и французов. Турки были разгромлены под Мегиддо – библейским Армагеддоном. В образовавшуюся брешь турецкой обороны хлынула кавалерия союзников.

К вечеру аэропланы RAF атаковали станции телефонные и телеграфные станции за линией фронта, лишив турок средств связи. Германские самолеты были блокированы на аэродромах.

Отступая, турецкие подразделения натыкались на кавалерию австралийцев и новозеландцев (ANZAC), прорвавшуюся в тыл ранее.

Между тем, немногие подразделения, которые Алленби действительно перебросил на восток, атаковали 23 сентября. На рассвете этого дня Еврейский Легион захватил форт и переправу Умм эш-Шерт на реке Иордан. Через реку немедленно перешла вторая бригада австралийской кавалерии.

Другое австралийское подразделение приняло капитуляцию турецкого гарнизона Акбы, который держался более года против арабских милиций принца Фейзаля – сына эмира Мекки Хуссейна и человека, возглавившего "Арабский Мятеж". Далее на север верблюжья кавалерия Фейзаля перерезала железнодорожные линии, от которых зависело снабжение турок.

25 сентября Алленби отдал приказ о наступлении на Дамаск. Остатки турок в панике бежали. Военная кампания, в принципе, закончилась. Началась кампания политическая, к которой мало кто был готов. Месиво и путаница, возникшие в результате противоборства сил, временно объединившихся для изгнания турок с Ближнего Востока, стали фундаментом того, что принято называть "современной Сирией" - или мифа о современной Сирии.

По договору Сайкса-Пико (подробнее о договоре – здесь) Сирия отходила в сферу французских интересов. Британская элита не была едина в желании отдать французам то, что было завоевано британским оружием или добыто британской интригой. Более всего противился Военный Кабинет, да и сам барон Сайкс – архитектор соглашения, которое арабы не устают проклинать до сего дня, издавал невразумительные звуки, смыслом которых было сохранение "духа соглашения" и ревизия его содержания. Министерство иностранных дел, однако, настояло на своем, и Алленби 25 сентября получил распоряжение о том, что если Сирия попадет в сферу влияния европейской державы, таковой державой будет Франция. Подобная формулировка оставляла теоретическую возможность того, что Сирия попадет в сферу влияния неевропейской силы открытой. Единственной такой силой был принц Фейзаль и его кавалерия, с мечтой о независимом арабском государстве.

В Сирию начали завозить черно-бело-зелено-красные флаги эмира Хуссейна. Флаги придумал не Хуссейн, а барон Сайкс. Вывешивание флагов в стратегически важных точках должно было не только поддержать претензию Хуссейна на "лидерство среди всех арабов", но и напомнить французам, что им положена только береговая линия, в то время как внутренние районы Сирии, хотя бы номинально,  должны стать "независимыми".

25 же сентября прошла военная конференция в Дженине, посвященная проблемам оккупации Сирии. Алленби дал инструкции австралийскому генералу Чарли Шовелу  о наступлении на Дамаск. Шовел немедленно указал на то, что Дамаск – огромный город с населением в 300 тысяч человек. Военная администрация не в состоянии управлять такой массой враждебно настроенных людей. Алленби ответил, что в городе следует оставить оттоманскую администрацию, снабдив ее таким количеством военной полиции, которое она сочтет необходимым. На вопрос о том,  что делать в случае, если арабы (Фейзаль) попытаются провозгласить независимое правительство, Алленби ответил, что он решение по этому вопросу подождет до того как он, Алленби, лично прибудет в Дамаск.

Между тем, британский МИД действовал независимо от Алленби. В серии телеграмм между британскими и французскими дипломатами было согласовано предложение о том, что в Дамаске будет установлена арабская администрация, "действующая по согласованию с французскими офицерами связи". Кроме того, французы признали арабов (Фейзаля) "воюющей стороной", и, следовательно – "союзником" в Антанте. Вооружившись новыми соглашениями, МИД послал Алленби новые, неожиданные для него инструкции. К завоеванной Сирии следовало относится как "к освобожденной от вражеской оккупации территории союзного государства". За новой схемой, скорее всего, стоял Сайкс. Она предусматривала создание "скелета"  британской военной администрации, и точно также ограниченной системы французского гражданского управления. Это решение не удовлетворяло ни французов, которые хотели гораздо большего, ни арабов и специалистов британского Арабского Бюро.

Сирия получала независимость, но Сирия обрубленная, без портов и береговой линии. Флаги шерифа Мекки над Хомсом, Хама, Алеппо и Дамаском должны были означать торжество политики Сайкса, которому наконец-то удалось свести воедино разнонаправленные векторы британской ближневосточной/индийской/североафриканской политики.

Независимо от фантазий Сайкса и интриг МИДа, события на местах развивались в соответствии со своей внутренней логикой.  29 сентября Алленби решил, что в Дамаск должны войти "освободители" из арабского корпуса Фейзаля. Алленби, вероятно, не хотел допустить развития недобрых чувств мусульманских жителей в отношении христианских оккупантов. Фейзаль, однако, был в трех днях пути от Дамаска. Тем временем Алленби приказал австралийско-новозеландской кавалерии преследовать турок вокруг Дамаска, но ни в коем случае не входить в город.

События, однако, не захотели подчиниться и сценарию, написанному Алленби. Турецкий губернатор и правительство бежали около полудня 30 сентября. Местный арабский клан, во главе с эмиром Абд эль-Кадиром и его братом Саидом, захватили власть и вывесили флаг Хиджаза. Кадиры были потомками алжирского рода, воевавшим за 100 лет до этого с французами.

Клан, по неизвестной причине, люто ненавидел главного британского координатора Арабского Мятежа – Т.Б. Лоуренса, и Лоуренс отвечал взаимностью. Может быть Лоуренс считал их панисламистами, ненавистниками христианства или тайными сторонниками турок. Существует вероятность того, что Кадиры знали некий страшный секрет из личной жизни Лоуренса и пытались его шантажировать.

1 октября австралийская кавалерийская бригада, получившая приказ перерезать дорогу на Хомс, решила сократить путь и пройти через Дамаск. Саид Абд эль-Кадир, недолго думая, решил сдать город австралийцам. Это совершенно расстроило все британские планы.

Генерал Шовел и дивизионный командир, генерал Барроу, обнаружили, что Лоуренс, прикомандированный к Барроу, ускользнул в Дамаск. Шовел решил поехать в Дамаск на машине и разобраться на месте.

Лоуренс, между тем, приехал в Дамаск на броневике в сопровождении британского офицера и бывшего офицера оттоманской армии, начальника штаба Фейзаля Нури эс-Саида. Они обнаружили, что в город начали  прибывать некоторые из племен – союзников Фейзаля. Старейшины племен уже признали Саида Абд эль-Кадира в качестве губернатора. Нури эс-Саид совершил мгновенный государственный переворот, отменил губернаторство Абд эль-Кадира и назначил своего собственного губернатора, никому неизвестного в Дамаске араба из числа сторонников Фейзаля. В этот момент в Дамаск прибыл раздраженный генерал Шовел.

Лоуренс, оказавшийся в крайне неприятном положении начал объясняться и запутанно объяснять ему, что он, Лоуренс, подумал, что Шовел желает послать его с разведывательной миссией в Дамаск, и что он как раз был занят "подготовкой доклада". Шовел потребовал предъявить ему губернатора.  Лоуренс показал ему на кандидата Нури. Генерал назвал все это нонсенсом, указав на то, что перед ним – явный араб, в то время как губернатором, согласно плану Алленби должен быть турок. Лоуренс ответил, что турецкий губернатор бежал (что было верно), и что "народ избрал губернатора ", предложенного Нури ( что было ложью).

Шовел поверил Лоуренсу на слово и утвердил назначение губернатора. Генерал очень скоро узнал об обмане, но не видел способа отменить назначение, которое он сделал публично.

Лоуренс, между тем, запросил о разрешении "триумфального въезда Фейзаля" в Дамаск 3 октября. Шовел вспоминал: "Я видел, что он, Фейзаль, не имеет никакого  отношения к "завоеванию" Дамаска, поэтому идея мне не очень нравилась. С другой стороны, я не думал, что она может причинить  вред – я дал мое разрешение".

 У генерала Алленби, между тем, не было времени на парады. На 3 часа дня 3 октября он назначил конференцию в отеле Виктория в Дамаске. В ней принимали участие Лоуренс, Фейзаль, британские военачальники, британские представители в Хиджазе и Шовел. Назначение про-фейзальского (арабского губернатора), с точки зрения Алленби, означало немедленную активацию соглашения Сайкса-Пико. Он надеялся отложить это осложнение на неопределенный срок, сохранив турецкую администрацию под эгидой британской военной оккупации и военного положения.

Алленби был теперь вынужден объяснить Фейзалю как обстоят дела -  а именно, что его "независимым" правительством в Сирии будут командовать французские советники, в соответствии с соглашением Сайкса-Пико. Любые надежды Арабского Бюро, Лоуренса и Фейзаля  на то, что Алленби и Клейтон станут их сообщниками и будут сквозь пальцы смотреть на то, как они подрывают и извращают политику МИДа в отношении Сирии и договора с французами, были сокрушены.

Алленби без дипломатических ужимок и ухищрений сообщил им следующее:

Франция есть держава-покровительница Сирии

Фейзаль, в качестве представителя своего отца, шерифа Хуссейна, будет главой администрации Сирии (минус Ливан и Палестина) под французским надзором и при французской финансовой поддержке.

Зоной арабского влияния будет внутренняя Сирия, и Фейзаль не будет иметь никакого отношения к тому, что происходит в Ливане.

К Фейзалю будет немедленно прикомандирован французский офицер, который будет помогать ему и Лоуренсу в сложных делах государственного управления.

Фейзаль взорвался и выразил свои горькие возражения и обиды. Он сообщил, что ему ничего неизвестно о роли Франции во всем этом деле. Он сказал, что готов принять британскую помощь, что британский советник объяснил ему, что у арабов будет вся Сирия и Ливан, но не будет Палестины, что страна без порта ему не нужна, и что он отказывается подчиниться французскому влиянию или надзору в любой форме.

Главнокомандующий повернулся к Лоуренсу и спросил: "А вы что не сказали ему, что Сирия будет французским протекторатом?"  Лоуренс ответил: "Нет сэр, мне об этом ничего неизвестно" Алленби сказал: "Но вы определенно знали о том, что Фейзалю нечего делать в Ливане". Не моргнув глазом, Лоуренс сказал: "Нет сэр, я не знал".

Алленби, после дискуссии, сообщил Фейзалю и Лоуренсу следующее: Он, сэр Эдмунд Алленби – в настоящий момент главнокомандующий. Фейзаль – генерал-лейтенант его армии, и потому обязан выполнять его, Алленби приказы. Фейзаль обязан принять ситуацию так, как она есть, и ждать того, что она будет урегулирована на послевоенной конференции. Фейзаль принял это решение, и покинул конференцию со всем своим антуражем.

И Лоренс, и Фейзаль лгали Алленби. Алленби изложил им условия соглашения Сайкса-Пико, с которым оба были хорошо знакомы. Фейзаль, отрицая этот факт, имел в виду, что его не поставили в известность о соглашении официально. Для Лоуренса нет и такого извинения – он просто лгал.

Лоуренс остался и сказал Алленби, что у него накопилось много дней отпуска, и он желает отбыть в Лондон. Генерал приветствовал это решение.

Фейзаль, между тем, возглавил свой запоздалый и скомпрометированный "триумфальный въезд в Дамаск – во главе толпы бедуинов численностью 300-600 человек.  Он также послал ударный отряд в 100 человек (возможно, по совету Лоуренса) в Бейрут. Отряд без боя вошел в Бейрут 5 октября и поднял там флаг Хиджаза. Это чрезвычайно обеспокоило французов, пославших военные корабли в гавань Бейрута и высадивших небольшой десант. 8 октября в Бейрут вошли индусы Египетского Экспедиционного Корпуса Алленби. Алленби велел арабам Фейзаля снять флаг Хиджаза и ретироваться. В Бейрут прибыл Жорж Пико, которого французы назначали гражданским и политическим представителем в регионе.

Французские силы, введенные в Ливан, однако, были слишком слабы для осуществления грандиозной программы аннексии Восточного Средиземноморья. Они состояли из 3000 армянских беженцев, которых призвали в армию, 3 тысяч африканцев и 800 французов. Этим людям пообещали, что "воевать они не будут". Французские офицеры на местах  были вынуждены разработать ( и осуществить) "план В" – вырезать из Сирии независимое государство, в которое войдут не только христианские районы вокруг горы Ливан, но и большие районы, заселенные мусульманами. Новой страной, под французским руководством, должны были править марониты.

Под красивой и логичной "цепочкой командования" Алленби бурлил котел межправительственных и межведомственных интриг, феодальной и племенной вражды, столкновений между жителями города и деревни. Бывшие враги пытались поставить движение Фейзаля под свой контроль. Тайные вражда приводила к внезапным вспышкам насилия. Полиция Фейзаля расстреляла эмира Абд эль-Кадира "при попытке к бегству и сопротивления аресту".

Лоуренс, между тем, прибыл в Лондон, где начал активно лоббировать интересы "благородного принца" Фейзаля. Именно тогда была сконструирована легенда о том, что 4 тысячи представителей племенных милиций - "союзников Фейзаля" проникли в Дамаск в ночь на 30 сентября, и потому именно Фейзалю принадлежит почетный титул "освободителя" города. Никто не видел "милиционеров", въезжающих или выезжающих из Дамаска. Британцы, через линии которых эта масса кавалерии предположительно прошла, ничего не заметили.

Несмотря на это, легенда прижилась, и ее  в ноябре 1918 опубликовали все британские газеты – к большому негодованию австралийцев, которые в реальности оккупировали Дамаск.

По материалам: David Fromkin. The Peace to end all Peace

Другие материалы по истории Сирии:






Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments