Сергей Эдуардович Цветков (sergeytsvetkov) wrote in mil_history,
Сергей Эдуардович Цветков
sergeytsvetkov
mil_history

Categories:

Тауэр в осаде

Английскому королю Ричарду II при вступлении на престол в 1377 году было одиннадцать лет. В наследство ему досталась страна, разоренная войной, начатой его предшественником за обладание французским престолом, – войной, которой суждено было продлиться сто лет.



Позор поражений делал нищету и страдания народа еще более чувствительными. Один английский флот был разбит испанцами, другой погиб во время бури; очередная военная кампания во Франции окончилась разочарованием и разорением. Пришедшая с Востока чума довершила бедствия военного времени. Население Англии сократилось почти наполовину. Убыль рабочих рук и связанное с этим невиданное подорожание рабочей силы вызвали к жизни жестокий закон, согласно которому работник должен был наниматься за ту плату, которую предлагал ему хозяин. Военные поборы заставляли людей влачить полуголодное существование. Только к Успению (15 августа, по католическому календарю) новый урожай отправлял, как говорили тогда, «голод спать», а всю зиму и весну рабочие шатались по стране, «греша против Бога и восставая против разума, а потом проклиная короля и его Совет за то, что они издали такой вредный для работников закон». Бродячих рабочих, не желавших идти в кабалу за гроши, хватали и клеймили. Искалеченные на войне солдаты возвращались к своим разоренным очагам и пополняли ряды недовольных.

В стране появилась целая армия бродячих проповедников. Их грубые проповеди, босые ноги и рваные рясы вызывали насмешки штатных священников, однако в народе их авторитет был чрезвычайно высок. Наибольшей популярностью пользовался некий Джон Болл, упрятанный за свои дерзкие речи властями в тюрьму. Его имя стало символом народного возмущения и сопротивления.

Джон Болл

Весной 1380 года во всех уголках Англии распространились никогда ранее не слыханные песни. «Джон Болл, – гласила одна из них, – приветствует вас всех и сообщает вам, что он прозвонил в ваш колокол. Пусть теперь право и сила, воля и искусство и с ними Божья помощь пребывают в каждой долине». «Помогите правде – и правда поможет вам! – говорилось в другой. – Теперь в цене гордость, глупость считается мудростью, разврат бродит без стыда, а обжорство без сраму. Зависть царствует вместе с изменой и подлость в большом ходу. Господь грядет, ибо настало время!»

Из восточных и центральных графств волнения перекинулись на юг от Темзы и охватили всю страну. Настоящее восстание началось 5 июня в Дэртфорде, где некий кровельщик убил одного из сборщиков налогов за то, что тот изнасиловал его дочь. Вся Англия словно по команде взялась за оружие. В Кентербери, «где весь народ был заодно», восставшие разграбили архиепископский дворец и освободили Джона Болла. Сто тысяч кентцев, сплотившихся вокруг Уота Тайлера из Эссекса, человека неробкого десятка, ветерана Столетней войны, двинулись на Лондон. По пути они убивали всех адвокатов и бросали свитки приговоров замковых судов в пламень горящих баронских усадеб. Восставшие намеревались захватить в Лондоне короля и провести в парламенте те законы, которые казались им справедливыми.

Четырнадцатилетний Ричард II встретил кентцев на Темзе, в лодке. Он осведомился, чего они хотят. Восставшие потребовали от него сойти к ним на берег, но королевские советники не позволили Ричарду сделать это. Крестьяне пришли в ярость и с криками: «Измена!» – двинулись на Лондон.

13 июня городские ворота были открыты сочувствующими восставшим горожанами. В Лондоне запылали дома адвокатов и купцов. Но люди Уота Тайлера говорили про себя, что они «ищут правды и справедливости, а не являются ворами и разбойниками» – и в подтверждение своих слов бросили в огонь одного мародера вместе с его добычей. К вечеру Лондон был обложен с севера и юга отрядами мятежников.

Ричард II и королевский Совет нашли убежище в Тауэре. Власти хотели, прежде всего, разделить силы восставших. С этой целью утром 14 июня Ричард II выехал к крестьянам Эссекса.

– Я ваш король и повелитель, – сказал он им, – чего вы хотите?

– Мы хотим, – был ответ, – чтобы вы освободили нас навсегда – нас и наши земли – и чтобы нас не считали за рабов.

– Я согласен на это, – заявил король и попросил всех вернуться домой, обещая издать хартию о свободе и амнистии участников похода на Лондон.

В течение дня тридцать клерков писали эти грамоты, и, получив их, крестьяне разошлись.

Бесстрашие и хладнокровие молодого короля обеспечили ему личную безопасность во время его разъездов. Но в то время, пока он вел переговоры, ужасная участь постигла его советников, оставшихся в Тауэре. Едва Ричард выехал из крепости, у ее ворот появились крестьяне Кента. Воспользовавшись возникшей внутри паникой, они ворвались в Тауэр и захватили его. Вначале они вели себя сдержанно и даже слегка комично – так, например, некоторые крестьяне хватали лордов за бороды и обещали им, что на том свете все они будут равны и все будут хорошими товарищами. Однако, узнав, что короля нет в Тауэре, они пришли в ярость и принялись вымещать свою злобу на королевских советниках. Лорда-примаса, архиепископа Кентерберийского вытащили из алтаря и обезглавили; та же судьба постигла королевского казначея, возглавлявшего сбор ненавистного крестьянам поголовного налога, и еще шестерых рыцарей и лордов. Головы убитых были выставлены у Лондонского моста на всеобщее обозрение. День закончился грабежами и резней, в которой погибло еще сто пятьдесят дворян и купцов.

Между тем Ричард II продолжал разъезжать вдоль берега Темзы и успел уговорить разойтись еще одно сборище восставших.

Утром 15 июня король повстречал самого Уота Тайлера с тридцатью тысячами кентцев. Ричард II спокойно выслушал их требования и велел расходиться по домам. На беду, между Уотом Тайлером и лондонским мэром вспыхнула перебранка, во время которой крестьянский предводитель ударил своего обидчика кинжалом в живот. Но под платьем у мэра оказалась кольчуга, и удар не причинил ему никакого вреда. В ответ мэр выхватил меч и дважды рубанул Уота Тайлера по шее и голове. В то же время другой рыцарь пронзил Тайлера мечом в живот.

Уот пришпорил лошадь, крича своим людям, чтобы они отомстили за него, но через сотню шагов без чувств свалился на землю. Кентцы пришли в волнение. Раздались крики:

– Бей их, бей, они убили нашего предводителя!

В королевскую свиту полетели стрелы. Но Ричард не растерялся.

– Что вам нужно, ребята? – крикнул он крестьянам. – Я ваш король и предводитель. Идите за мной.
С этими словами он тронул поводья. Крестьяне доверчиво двинулись за ним на поле Святого Иоанна Клеркенвельского.

Мэр Лондона тоже не терял времени даром. Пока король сдерживал недовольство мятежников, он поскакал в Лондон, собрал ополчение из богатых горожан и вернулся на место стычки с Тайлером. Однако, к его удивлению, тела предводителя крестьян здесь уже не было. Мэр бросился на его поиски и обнаружил Тайлера в госпитале при последнем издыхании. Спокойно отойти в лучший мир умирающему не дали. Мэр велел обезглавить его и, насадив голову Тайлера на кол, понес ее на поле Святого Иоанна. Увидав, что стало с их предводителем, крестьяне «пали на землю среди пшеницы, как люди обескураженные», громко умоляя короля о прощении. Ричард обещал быть милосердным, и после его благосклонных слов восставшие бросились врассыпную…

Вскоре после этих событий король с 40-тысячным рыцарским войском прошелся по Кенту и Эссексу, беспощадно карая всех, кто принимал участие в походе на Лондон. В Уолтгаме местные жители предъявили недавно дарованные им грамоты об амнистии и тут узнали цену королевскому слову.

– Были вы вилланами, вилланами и останетесь, – заявил Ричард. – Вы были в неволе, будете в ней и впредь, только новая неволя будет не прежняя, а похуже!

Прежде чем покориться, обманутые крестьяне дали королевскому войску два сражения, но в обоих потерпели поражение. В течение лета и осени, как рассказывают летописцы, погибли на виселице и на поле битвы больше семи тысяч человек. Схваченного Джона Болла поочередно повесили, обезглавили, выпотрошили и четвертовали. "Наконец с Божьего соизволения король увидел, что слишком много из его подданных погибло и много крови пролито, сердце его охватила жалость, и он даровал им прощение под условием, что впредь они никогда не будут восставать под страхом потери жизни и что каждый из них возьмет грамоту о помиловании и заплатит королю пошлины за его печать двадцать шиллингов, чтобы сделать его богатым. Так кончилась эта несчастная война».

Tags: история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments