Идея Ротмистрова о "танковой группе"
6 апреля 1944 года Ромистров отправляет Сталину письмо. в котором описывает состояние вверенной ему 5 гв. ТА. Состояние, прямо скажем, аховое: корпуса сточились до одной танковой бригады, да и в тех осталось 50% от штата. Но это проза войны, а вот в конце письма Ромистров делает Верховному интересное предложение:
"Мне думается. настала пора, когда мы можем свести три танковые армии, со средствами усиления, в одну танковую группу и иметь эту сильную танковую группу как эшелон вторжения в Европу, несушей смерть и разрушения немецким оккупантам. (...)
Мне со своей армией несколько раз удавалось осеью и зимой 1943 года глубоко вторгаться в тыл к противнику, но мне ни разу не удалось до окнца развить прорыв из-за недостатка сил.
Мне думается, что при наличии такой танковой группы нашим танковым войскам удастся летом 1944 года нанести еще более глубокие и сокрушащие удары, чем мы это делали в 1943 г., и самое главное, эта сокрущающая сила будет в руках ставки, а не фронтов. Дело в том. что все командующие фронтов обычно, если нужно танковые армии пустить в стыке со своим соседом, стремятся все же этого не делать. Они предпочитают лучше танковые армии к границам соседа не подводить, так как опасаются, как бы эти танковые части совсем от него не убыли.
Такие действия командующих фронтов, безусловно. выгодны для фронтов, но далеко не всегда приводят к общим положительным результатам. Большая танковая группа, пущенная в бой приказом ставки на решающем направлении, должна дать и решающие результаты".
Ну, а что, выглядит логично. Наши танковые корпуса примерно = немецким тд, армии - соотвественно более-менее напоминают их танковый корпус, почему бы не попробовать создать аналог немецкой танковой группы? Тем более опыт лета-осени 1941-го, когда эти ТГр шуровали по нашим тылам, должен был, что называется, "стоять перед глазами". Почему же не прошло предложение Ротмистрова?
"Мне думается. настала пора, когда мы можем свести три танковые армии, со средствами усиления, в одну танковую группу и иметь эту сильную танковую группу как эшелон вторжения в Европу, несушей смерть и разрушения немецким оккупантам. (...)
Мне со своей армией несколько раз удавалось осеью и зимой 1943 года глубоко вторгаться в тыл к противнику, но мне ни разу не удалось до окнца развить прорыв из-за недостатка сил.
Мне думается, что при наличии такой танковой группы нашим танковым войскам удастся летом 1944 года нанести еще более глубокие и сокрушащие удары, чем мы это делали в 1943 г., и самое главное, эта сокрущающая сила будет в руках ставки, а не фронтов. Дело в том. что все командующие фронтов обычно, если нужно танковые армии пустить в стыке со своим соседом, стремятся все же этого не делать. Они предпочитают лучше танковые армии к границам соседа не подводить, так как опасаются, как бы эти танковые части совсем от него не убыли.
Такие действия командующих фронтов, безусловно. выгодны для фронтов, но далеко не всегда приводят к общим положительным результатам. Большая танковая группа, пущенная в бой приказом ставки на решающем направлении, должна дать и решающие результаты".
Ну, а что, выглядит логично. Наши танковые корпуса примерно = немецким тд, армии - соотвественно более-менее напоминают их танковый корпус, почему бы не попробовать создать аналог немецкой танковой группы? Тем более опыт лета-осени 1941-го, когда эти ТГр шуровали по нашим тылам, должен был, что называется, "стоять перед глазами". Почему же не прошло предложение Ротмистрова?