direkt_mashin (direkt_mashin) wrote in mil_history,
direkt_mashin
direkt_mashin
mil_history


В обыденном сознании до сих пор бытует мнение, что принципы на которых строилась Гатчинская армия исходили от короля Пруссии Фридриха II, с которым Цесаревич познакомился лично во время заграничного путешествия. Действительно, введенный им в армии прусский покрой мундира, амуниция и некоторые обременительные детали повседневного туалета были крайне неудачным возвращением в прошлое. Князь Г.А.Потемкин-Таврический верно заметил, что форма эта и амуниция «таковы, что придумать почти нельзя лучше к угнетению солдата, тем паче, что он, взят будучи из крестьян, в 30 почти лет возраста узнает узкие сапоги, множество подвязок, тесное нижнее белье и пропасть вещей, век сокращающих... Красота одежды военной состоит в равенстве и соответствии вещей с их употреблением: платье чтобы было солдату одеждою, а не в тягость».

Но в своих глубочайших основаниях отношение к солдату и армии в целом императора Павла Петровича и короля Фридриха II принципиально различны. Та армия и государственное устройство, которые король и полководец Фридрих Великий получил в наследство от своего предка Фридриха-Вильгельма Гогенцоллерна представляет крайнюю точку развития военного искусства и административного управления восходящих к Морицу Оранскому и Валленштейну: оккупационное управление собственной страной и муштра наемных армий с их антинациональными, антирелигиозными традициями. Соответственно, полное отрицание значения моральных сил солдата.
Для императора Павла Петровича воинская муштра являлась, прежде всего, средством нравственного воспитания и в этом он, при всех различиях во взглядах на тактику действия пехоты, полностью солидарен с великим русским полководцем Александром Суворовым. Решительная борьба с коррупцией и раздолбайством, расцветшими махровым цветом в последние годы царствования Екатерины II была направлена, в конечном счете, на улучшение жизни народа и его представителя- солдата. В безрелигиозной наемной армии Фридриха, цементировавшей в своей фаланге отпетый сброд со всей центральной Европы, раненых оставляли умирать на поле боя. То попечение, которое Павел Петрович проявлял о полковых лазаретах и гарнизонных госпиталях, о должном довольствии рекрутских партий и улучшении быта солдат признавали даже его недоброжелатели. Все их претензии сводились к тому, что Император не дает пьянствовать на службе и присваивать казенное довольствие солдат, да у вологодского помещика Башмакова имение забрано в государственную опеку « за делаемые с крестьянами неистовые поступки и разорение их налогами». Современник тех событий Ф.Я.Миркович в своих приватных записках «Моя жизнь собственно для моих сыновей» пишет:
«По деятельности и страху, господствовавшему тогда в обществе, царствование Павла напоминало времена Петра I. Но ежели Павел действовал в высшей степени произвольно и самоуправно, то, с другой стороны, как я слышал от людей степенных и пожилых, он решительно остановил все самоуправство екатериненских вельмож и стремился водворить повсюду порядок, благоустройство в администрации, правду и силу закона в судах. Простой народ благоденствовал при Павле и имел в нем покровителя. Он первый уничтожил безотчетную работу крепостных крестьян и установил трехдневную в неделю, а для обеспечения продовольствия учредил для крестьян запасные магазины».
В т.н. «предписании», которое цесаревич Павел в 1788 году, готовясь к отъезду на фронт русско-турецкой войны, пожелал оставить своей супруге Марии Федоровне и сыну Александру на случай, если он погибнет и на российский престол после смерти Екатерины II вступит его старший сын, сказано:
« Когда все части государства будут приведены порядком до равновесия, в котором должны быть, чтоб оное могло не разрушимо, и не вредимо стоять, тогда можно будет сказать, что прямо направлено общество на прямой путь свой блаженства каждого и всех, что согласно с законом Божиим и следственно не может не иметь благословенья во всем Его вышней Десницы».
Таким образом, Павел ясно выражал мнение о том, что укрепление Российского государства необходимо не ради самого государства – крепкое государство составляет, по его убеждению, важнейшую предпосылку роста благосостояния всего общества ( а не одного избранного сословия, как мыслилось в окружении царствующей императрицы).
Екатерине II, хорошо начитанной в римской классике, мерещился образ Цезаря в Галлии, и она не отпустила своего сына к войскам.

Фридрих II презирал и игнорировал в личном общении массу национального прусского офицерства, предпочитая окружать себя узким кругом французских остроумцев. Павел Петрович в годы Гатчинского заточенья знал в лицо каждого своего офицера, был вхож в его домашние и семейные нужды и всегда старался помочь, как мог, в устройстве его жизни. Правило лично утверждать все перемещения по службе гвардии и армии офицеров, которое Павел ввел после принятия на себя бремени Императорской власти, объясняется все той же заботой о нравственном облике русского офицерства.

Фридрих II полагал, что прусская дисциплина может сделать из любого физически сильного человеческого материала исправных солдат, и презрение его к тому, что происходит в сердце солдата, доходило до того, что когда в 1756 году в первый год Семилетней войны, под Пирной капитулирова саксонская армия, Фридрих даже не позаботился распределить саксонских военнопленных по прусским полкам, а просто сменил саксонских офицеров прусскими, не нарушая организации саксонских батальонов. За это он был наказан бунтами, убийством офицеров и переходом целых батальонов на сторону неприятеля на поле сражения. Прусский солдат- до великих реформ Шарнгорста и Гнейзенау- не был духовно спаян с прусским государством; когда Бреславль в 1757 году капитулирова, прусский комендант выговорил у австрийцев гарнизону право отойти в Пруссию. Но 9/10 прусского гарнизона не пожелали воспользоваться предоставленной льготой, а предпочли завербоваться в австрийскую армию, где служба была много привольнее.
В русской армии были другие традиции. В 1707 году после капитуляции Саксонии, находившиеся там семь солдатских и два стрелецких полка с боями прорывались на соединене с основной армией. Вышедший из окружения сводный отряд под командованием полковника Самуила де Ренцеля получил новое полковое знамя, а в 1727 году вошел в состав Суздальского пехотного полка. Элитного полка армейской пехоты русской Императорской армии, который в 1762- 1768 годах муштровал полковник А.В.Суворов. Рекрутчина была тяжким бременем, но она регулировалась законом, а в государстве Фридриха II, даже после введения “Кантон-регламента” прохожих хватали на улицах Берлина и уводили в казармы.

Цесаревич Павел Петрович писал в своем «Предписании» :
« Пространство земли нашей требует большую оборонительную силу, а тем паче и наступательную; но препятствует сему малое количество жителей по таковому пространству, итак, заключаясь в возможности, должно государство иметь военную силу свою расположенную по четырем главным границам и внутри. Иметь их, в сообразность соседей, достаточно всем нужным снабженных, всегда комплектных, ибо от некомплекта земля большой урон терпит, или ложным счетом обороны или безвременным, скорым и сильным набором».
Император Павел Петрович осознавал сколь тягостно для народа бремя рекрутских наборов, но на том уровне развития общества не было другой возможности содержать регулярную национальную армию
.


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments