lemuel55 (lemuel55) wrote in mil_history,
lemuel55
lemuel55
mil_history

"Полвека обыкновенной жизни" (мемуары адм. Шестакова)

II. Поход на Сочи 1841 г.
[Анреп, Станюкович, лицеист Данзас и пр.]

…Генерал Анреп решился тянуться от Адлера к Сочи окраиной берега, призвав на помощь контр-адмирала Станюковича с крейсировавшей у берега эскадрой.

До речки Мыццы отряд двигался без всякой тревоги, встречая препятствие единственно в узкости побережья, но за Мыццой дела приняли иной вид. Хаджи-Берзек, оставя укрепленную им горную линию, стал на прибрежных высотах и приготовился наказать противника, решившегося бороться его влиянием. Шествие отряда по узкой покрытой щебнем и песком колее, под крутыми скатами, с impedimento в виде стада рогатого скота, представляло повисшим на смежных вершинах убыхам выбор жертв. Без помощи эскадры, как сам Анреп сознал впоследствии, Хаджи-Берзек поднялся бы на новую груду русских костей – и помощь эта оказана адмиралом Станюковичем со свойственным ему знанием дела и пылом возбужденного самолюбия.
 

 

Корабли опережали войско на версту или полторы, метя прибрежные вершины сокрушительными выстрелами. Часть эскадры следовала позади войска и беспрерывным огнем не дозволяла горцам собираться в тылу его. Рядом с авангардом шли шлюпки, устилавшие картечью путь непосредственно впереди войска, и в таком же отношении к арьергарду помещались другие шлюпки. У кордебаталии выстраивались в порядке переводные баркасы, на которые подбирали раненых и убитых. Прилепившись таким образом к эскадре, сухопутный отряд прошел в двое суток каких-нибудь четырнадцать верст, конечно с потерей, но урон мог казаться ничтожным в сравнении с тем, который имел бы место без распорядительности Станюковича, а главное без великости русского Бога. Дивная погода дозволяла нам рассчитывать с уверенностью.

Временное привалы представляли зрелище, напоминавшее иорданские караваны. Поморье было так узко, что многие солдаты стояли в воде; в них через цепь, расположенную в полгоры, строчили горцы из метких винтовок. Скот, одуревший от суматохи и безводья с самой Мыццы, тискался между тем, что должно было быть рядами, а шумная конная милиция давила целых, раненых и убитых. Недосчитались более пятисот человек по приходе в Сочи.

Арьергард охраняли шлюпки с нашего брига «Фемистокл», порученные мне как старшему офицеру. Не одно громкое спасибо посылал мне командовавший арьергардом К. К. Данзас, бывший секундант Пушкина. Горцы особенно налегали, когда отряд проходил ущелья, пользуясь удобством местности, и против ущелий солдаты падали десятками. В последнем перед Сочи – убыхи особенно больно тиснули. Данзас вел колонну мерным шагом, и я, в свою очередь, закричал ему: «Бегом!» Солдаты послушались, и вслед за ними мы засыпали ущелье картечью из пяти каронад.

Дошло, наконец, до Сочи наше нерадостное шествие. Видимым плодом экспедиции было занятие горы, командовавшей Сочи, с которой Хаджи-Берзек бомбардировал перед тем укрепление; но результата этого гораздо проще и безопаснее можно было достичь, действуя из самой Сочи.

 

Для чего же предпринята была экспедиция? Адм. Шестаков полагает, что «нужно было придумывать особые комбинации, чтобы напомнить о существовании береговой линии и притягивать к ней милостивое монаршее воззрение», и чтобы «уничтожить влияние на убыхов Хаджи-Берзека». Он называет это, впрочем, «извинительной при существовавшей обстановке целью».

 

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments