yeniceri (yeniceri_turk) wrote in mil_history,
yeniceri
yeniceri_turk
mil_history

Categories:

«Национальное единение» Видкуна Квислинга и норвежцы в войсках СС. (CHAST 2)



Первая группа из 300 норвежских добровольцев прибыла на территорию Третьего рейха в феврале 1941 г. и проводила боевую подготовку в тренировочных лагерях СС в Австрии и северной Германии. Многие из них прошли «крещение огнем», участвуя в триумфальном походе Вермахта в Югославию в апреле 1941 г. в составе элитной дивизии СС «Дас Райх», и получили за это «железные кресты» 2-го класса. Накануне вторжения в СССР датско-норвежский полк СС «Нордланд» был включен в 5-ю танковую дивизию СС «Викинг» (5. SS Panzer Division „Wiking“), в составе которой норвежские добровольцы 22 июня вступили на территорию Западной Украины. Вместо англичан, с которыми они собирались сражаться, им предстояло столкнуться с Красной армией. Впрочем, норвежские эсэсовцы, впитавшие с идеями «Национального единения» ненависть к большевизму и обученные искусству убивать в лагерях СС, сражались неплохо. Вместе с дивизией вплоть до начала 1943 г. им довелось пройти через кровопролитные бои, изнурительные марши и лютые холода на Украине, в Донбассе, на подступах к северному Кавказу. «Мы дрались отчаянно, оплачивая каждый завоеванный метр реками крови, которая спаяла немцев, датчан, фламандцев, норвежцев и финнов в образцовый общеевропейский боевой отряд», - вспоминал после войны ветеран дивизии «Викинг» Петер Нейман. 23 марта 1943 г. остатки полка СС «Нордланд» после двадцати одного месяца непрерывного пребывания на фронте были отведены с передовой, чтобы составить основу новой «нордической» дивизии СС, о которой будет рассказано ниже. Норвежцев, служивших в полку «Нордланд», отличали при общей эсэсовской форме собственные знаки отличия: «солнцеворот» (свастика со специфически закругленными концами) вместо «зиг-рун» на петлицах и литера «N» на погонах; на рукаве они носили черную ленту с вышитым серебром готической вязью названием полка, однако никаких национальных знаков различия у них не было.
Норвежское национальное формирование Войск СС было создано уже после гитлеровского вторжения в СССР. Квислинг, непримиримый враг большевиков, восторженно воспринял это известие и призвал своих сторонников принять участие в «крестовом походе в России». Рейхсфюрер СС Гиммлер одобрил формирование части, получившей название Норвежский добровольческий легион СС (SS Freiwillige legion Norwegen) и принял условие Квислинга, что легион будут считаться частью совместного германо-норвежского подчинения, и для его военнослужащих будет действовать не германское, а норвежское военное законодательство. Норвежские добровольцы проходили подготовку в Германии под руководством германских инструкторов; к осени 1941 г. удалось сформировать два пехотных батальона, получивших названия «Viken» и «Viking» по одноименным полкам «Государственной дружины», предоставивших для них кадры. Их командирами стали убежденные квислинговцы бывшие офицеры норвежской армии майоры Бакке и Келлструп. Позднее был создан и запасной батальон для подготовки пополнений. 3 октября в присутствии прибывшего на церемонию Квислинга норвежские легионеры приняли присягу и получили боевые знамена – норвежский государственный флаг с названием легиона и традиционный норвежский боевой штандарт с коронованным львом, сжимающим в лапах секиру. Легионеры, получившие эсэсовскую полевую форму цвета «фельдграу» и знаки различия СС, также носили на левом рукаве норвежские флажки под орлом СС, на запястье ленту с названием легиона (в ряде случаев – батальона), и петлицы с норвежским геральдическим львом. Согласно фотодокументам, некоторые бойцы и офицеры сохранили также шевроны с «солнечным крестом» и партийные кокарды «Национального единения». Система воинских званий в норвежском легионе была видоизменена следующим образом: при сохранении эсэсовской шкалы каждому немецкому званию соответствовал норвежский эквивалент. Таким образом шарфюреры разных степеней стали именоваться лагфорерами и труппфорерами, штурмфюреры – стурмфорерами, гауптштурмфюреры – говедсманнами, штурмбанфюреры – стормбанфорерами, а единстванный в легионе обер-штурмбанфюрер – его командир Аксель Квист, немецкий офицер норвежского происхождения, - нест-стандартенфорером. Кроме того, норвежскую специфику батальона должно было подчеркнуть то, что его батальоны были укомплектованы по штатам норвежской пехоты – 3 пехотных и 1 пулеметная роты и 5 взводов – штабной, минометный, связи, саперный и санитарный - в каждом. Часть вооружения легионеров также была позаимствована из норвежских арсеналов – к примеру, очень эффективные офицерские пистолеты и зенитные пулеметы знаменитой американской модели «Кольт».
В феврале 1942 г. Норвежский легион прибыл на северный участок Восточного фронта, где был включен в боевое расписание 2-й моторизованной бригады СС. Легионеры заняли участок фронта на ближних подступах к осажденному Ленинграду, и удерживали эти позиции вплоть до весны 1943 г. Боевые действия здесь носили в основном позиционный характер, если не считать нескольких отчаянных попыток Красной армии прорвать ленинградскую блокаду. Следовательно, на долю норвежских легионеров выпали менее ожесточенные сражения, чем те, что вели на юге их соотечественники из дивизии СС «Викинг». Тем не менее, они вполне поддержали неплохую боевую репутацию норвежских солдат и заслужили немало наград. В ходе боев легион был несколько раз пополнен личным составом. В том числе в сентябре 1942 г. из Норвегии прибыли 38 девушек из «Кvinnehird» - связисток и медиков, и так называемая «полицейская рота СС», заслуживающая особого упоминания. Ее сформировал на свои средства и из своих соратников бывший начальник полиции Осло и участник Балканской компании в составе дивизии СС «Дас райх» стормбанфорер Йонас Ли. Будучи фанатичным нацистом, но не сторонником Квислинга, Ли в мае 1941 г. возглавил раскол в «Государственной дружине», при поддержке рейхскомиссара Тербовена создав из 130 человек, в основном бывших сотрудников полиции, альтернативную военно-политическую организацию норвежских нацистов – так называемые «Норвежские СС» (Norges SS). Почти все они вошли в «полицейскую роту», на долю которой в декабре 1942 г. выпал самый ожесточенный бой норвежцев на Ленинградском фронте. Рота целый день сдерживала у Константиновки натиск Отдельного комсомольско-молодежного лыжного батальона ленинградского совпартактива. В результате обе стороны заявили о своей победе и о выходе из строя половины личного состава; вероятно, потери молодых защитников Ленинграда при этом были значительно больше.
В мае 1943 г. 20 офицеров и 678 бойцов, остававшихся в строю из 1218 легионеров (с учетом пополнений, за вычетом погибших, раненых, больных и направленных в другие части) вернулись в Осло и промаршировали по улицам своей столицы. В сентябре 1943 г. Норвежский легион СС был распущен на официальном основании того, что истек двухлетний контракт, который его бойцы подписывали, поступая на службу. Однако будущее показало, что большинство из этих людей уже почувствовали свою принадлежность к войне и вскоре вернулись на нее.
На северном участке советско-германского фронта, в Карелии, сражалась в 1942-43 гг. еще одна норвежская часть СС: сформированный в октябре 1942 г. лыжно-егерский батальон СС «Норвегия» (SS Ski-Jager Batallion «Norge»), входивший в боевое расписание 6-й горной дивизии СС «Норд». О боевом пути этой части, насчитывавшей около 400 бойцов под командованием выходца из «Государственной дружины» оберштурмфюрера Густа Йонассена, известно довольно немного, однако можно предположить, что норвежцы, известные как отличные лыжники и стрелки, неплохо себя зарекомендовали. В составе дивизии СС «Норд» несли службу также две норвежские роты полевой полиции. В сентябре 1943 г. лыжный батальон был расформирован, а большая часть его личного состава присоединилась к другим частям СС.
В марте 1943 г. по инициативе рейхсфюрера СС Гиммлера было объявлено о начале формирования дивизии СС из представителей «нордических народов» - датчан, фламандцев и норвежцев. Подготовка дивизии, получившей номер 11, статус добровольческой панцер-гренадерской и название «Нордланд» (11. SS Freiwilligen Panzer-grenadier Division «Nordland»), началась в учебном лагере Войск СС Графенфор в Баварии. Второй полк дивизии, имевший общеэсэсовскую нумерацию 23-й и название «Норвегия» (23. SS Panzer-grenadier Regiment «Norge»), планировалось сформировать из норвежцев. По этому поводу Квислинг обратился к народу Норвегии с призывом дать войне еще 3 тыс. добровольцев. Однако жуткие рассказы вернувшихся с Восточного фронта легионеров явно убавили количество желающих повоевать среди миролюбивых по своей природе жителей «страны тысяч фьордов». К моменту, когда не закончившая формирования дивизия СС «Нордланд» была брошена в бой, в ее рядах насчитывалось всего 796 норвежцев. При чем около 600 из них составляли бывшие легионеры и бойцы дивизии СС «Викинг», уже не мыслившие себя без войны. Проявилась неутешительная для норвежских нацистов тенденция: в Войсках СС продолжали служить одни и те же люди при очень незначительном притоке новых добровольцев. Всего за годы войны через боевые действия в составе СС на Восточном и Балканском фронтах прошли, по подсчетам западных историков, не более 4-5 тыс. норвежцев (в т.ч. с 1943 по 1945 гг. в дивизии «Нордланд» не менее 2 тыс.), хотя некоторые российские авторы, типа Вольфганга Акунова, готовы оценить их численность гораздо выше. В наши дни установлены имена 689 погибших в боях норвежских эсэсовцев, еще около 300 числятся пропавшими без вести.
Итак, дивизия «Нордланд» стала соединением Войск СС, в котором служили норвежцы, имевшим разнообразную и кровавую боевую историю. В сентябре-ноябре 1943 г. она успешно прошла «обкатку» в Хорватии в боях против коммунистических партизан Тито. Здесь же полк «Норвегия» был пополнен за счет хорватских «фолькс-дойче», а в ходе последующего перевода на Восточный фронт принял еще одну партию норвежских добровольцев – в том числе бывших бойцов лыжного батальона и полицейских рот дивизии «Норд». В январе 1944 г. последовали ожесточенные сражения на Ленинградском направлении с прорывавшими блокаду частями Красной армии и отступление с боями через Прибалтику, где норвежцы приняли активное участие в так называемой «битве европейских СС» под Нарвой. Из котла в Курляндии (где вплоть до капитуляции Третьего рейха продолжали отчаянно удерживать свои позиции остатки германской группы армий «Север») поредевшие части дивизии были вывезены кораблями Кригсмарине и встретили последние месяцы войны в ожесточенных боях с советскими войсками в Восточной Пруссии, Померании и, наконец, с 16 апреля 1945 г. – в битве за Берлин. После самоубийства Гитлера командир дивизии отдал приказ ее иностранным бойцам прорываться на запад, чтобы избежать перспективы советского плена. Среди тех, кому удалось пробиться за Эльбу и сдаться американским войскам, были и группы норвежских эсэсовцев. Большинство из них затем были возвращены военными властями США в Норвегию и предстали перед судом по обвинению в переходе на сторону врага.
Относительно униформологии норвежских добровольцев в составе дивизии «Нордланд» следует отметить, что большинство из них предпочитали носить на петлицах уже не «солнцеворот», а зловещие «зиг-руны» СС, принадлежностью к которым они явно гордились. Единственным национальным знаком отличия являлся щиток цветов национального флага, нашивавшийся на левом рукаве под орлом. Солдаты и офицеры полка «Норвегия» также имели нарукавную ленту с названием полка.
Завершить историю службы норвежцев в структурах СС следует упоминанием о их участии в формированиях Общих СС (Allgemeine SS). Истоком для создания норвежской секции Общих СС стали ренегаты из партии Квислинга во главе с полицейским суперинтендантом Ли, о которых уже говорилось выше. 21 июля 1942 г. на их базе были развернуты Германские СС Норвегии (Germanske SS Norge) – подразделение Общих СС, подчинявшихся рейхсфюреру Гиммлеру. Их ряды комплектовались добровольцами в возрасте 17-40 лет, выполнявшими служебные обязанности (в основном охранную службу и обеспечение пропагандистских и административных мероприятий оккупационных властей) в свободное от работы/учебы время. Рейскомиссар Тербовен видел в этих германообразных отрядах противовес стремившимся к самостоятельности и непокорным квислинговцам, и оказывал Германским СС Норвегии всемерную поддержку. В рядах этой полувоенной организации числились более 1,2 тыс активных и около 3,5 тыс резервных членов. Организационно они были сведены в 12 территориальных батальонов (stormbann). Кроме того, с 1943 г. действовал Охранный батальон СС «Осло» (6. SS Wach Batallion «Oslo») постоянного состава (около 300 бойцов и офицеров, 3 охранных роты и кавалерийский взвод), принимавший, в частности, участие в операциях германских войск против норвежского Сопротивления и периодически высаживавшихся в стране британских диверсантов. Германские СС Норвегии носили черную униформу Общих СС (в основном со скромным кепи, а не со знаменитой фуражкой), однако на петлицах был изображен «солнцеворот», а орел на левом рукаве был того же образца, что и у квислинговцев на кокардах. Охранный батальон имел полевую форму цвета «фельдграу», его бойцы носили на обеих петлицах норвежских геральдических львов. Для чинов Германских СС Норвегии было обязательно наличие на левом рукаве ленты с названием их службы. В целом это формирование пользовалось среди норвежских нацистов репутацией «сборища пижонов, захотевших служить в СС, но побоявшихся Восточного фронта» (слова бывшего секретаря Квислинга Франклина Кнудсена), и основными вехами его боевого пути стали многочисленные жестокие драки с квислинговцами в пивных Осло, Тронхейма и Нарвика.
Однако вернемся к истории самой «Государственной дружины» и других военизированных формирований партии Квислинга, которые мы оставили за исполнением полицейских и пропагандистских функций и конфронтацией с рейхскомиссаром Тербовеном в 1941 г. Несмотря на то, что глава оккупационных властей Норвегии недолюбливал лидера местных нацистов, и Квислинг платил ему той же монетой, они все же были вынуждены все теснее сотрудничать. С 1941 г., когда в Норвегии стало смелее поднимать голову движение Сопротивления, а британские специальные части начали совершать диверсионные рейды против объектов Вермахта, немцы начали все активнее использовать подразделения «Государственной дружины» в своих антипартизанских операциях. Германские командиры не раз признавали, что это был удачный выбор: отлично знавшие труднопроходимую местность и население своей страны, спортивные и неприхотливые «дружинники» хорошо справлялись со своими обязанностями. Привлекались норвежские нацисты также для «окончательного решения еврейского вопроса» в стране, то есть для преследования и депортаций в концентрационные лагеря норвежских евреев. Хотя, опять же по словам немцев, «дружинникам» явно недоставало при этом жестокости: «Национальное единение» всегда выступало только за поражение «лиц иудейского вероисповедания» в правах. С началом полевых операций «Государственная дружина» получила довоенное армейское обмундирование с захваченных складов норвежской армии: мундиры, шинели, кепи и характерные лыжные брюки темно-серого цвета. Принадлежность к «Государственной дружине» определялась квислинговскими орлами на головных уборах; не на операциях носились и нарукавные повязки с «солнечными крестами».
В феврале 1942 г. в результате долгих политических маневров с руководством нацистской Германии Квислинг наконец добился своей цели. Личным приказом Гитлера он был назначен на пост «министра-президента» Норвегии и получил мандат на формирование гражданского правительства страны. Сторонники партии «Национальное единение» и многие простые норвежцы с удовлетворением восприняли это известие, полагая, что, несмотря на недемократический приход к власти нового норвежского правительства, это означает восстановление независимости страны. Однако они жестоко просчитались: рейхскомиссар Тербовен в полной мере сохранил свои полномочия, а режим гитлеровской военной оккупации не претерпел существенных изменений. На протяжении всего оставшегося до конца войны периода квислинговские и оккупационные власти в Норвегии вели изматывающее соперничество конкурирующих и взаимоисключающих указов и кампаний. Кстати, будет интересно заметить, что, в отличие от оккупационных властей, квислинговский режим за все время войны вынес всего один смертный приговор – и то не борцу Сопротивления, а проигнорировавшему приказ из Осло полицейскому комиссару.
Разумеется, для укрепления своей диктаторской власти Квислинг рассчитывал на силовую поддержку со стороны «Государственной дружины». Он максимально использовал свое новое положение главы государства для того, чтобы превратить ее в полноценные партийные вооруженные силы, и начал, что вполне очевидно, с создания личной гвардии (Forergfrgen). Эта часть, начав в феврале 1942 г. свою историю с 150 рослых и идеологически безупречных «дружинников», отобранных лично Квислингом для несения шестимесячной службы по охране его резиденции Гимле (так называлось жилище героев-полубогов в древнескандинавской мифологии) в пригородах Осло, к концу войны развернулась до масштабов кадрового батальона, охранявшего особо важные правительственные объекты. Его бойцы первыми в «Государственной дружине» получили автоматическое оружие – германские пистолет-пулеметы МР-35. Квислинговских лейб-гвардейцев также отличала пошитые по личным меркам мундиры, стилизованные буквы «VQ» (от Видкун Квислинг) на петлицах, а при парадной караульной форме - богато украшенные позументом и кистями головные уборы (так называемые «боннеты») как у довоенных королевских гвардейцев. К рейдам против Сопротивления и британских диверсантов квислинговская лейб-гвардия не привлекалась никогда, и ее единственными боями было отражение нескольких попыток партизан атаковать некоторые правительственные объекты в конце апреля – начале мая 1945 г.
В марте 1942 г. Квислинг обзавелся собственными партийными военно-морскими силами, что было особенно важно, учитывая важнейшее место, которое море всегда занимало в жизни норвежцев. Морская служба «Государственной дружины» (Hirdmarinen с молодежным отделом Ungirdmarinen) имела смешанную задачу патрулирования прибрежной акватории с целью пресечения там деятельности Сопротивления и британцев, а также подготовку молодежи, изъявившей желание проходить службу в германских Кригсмарине. Корабельный состав «Hirdmarinen» включал несколько патрульных кораблей и катеров, преимущественно переоборудованных из быстроходных прогулочных яхт, а так же учебный корабль «St. Olaf II Haraldsson». Известно, что сторожевики «Hirdmarinen», в частности, принимали участие в профилактических бомбометаниях у входа в основную базу Кригсмарине в Норвегии Альта-фьорд, чтобы не допустить проникновения туда британских боевых пловцов (эти операции начались после того, как 22 сентября 1943 г. диверсантами был поврежден линейный корабль «Тирпиц»). Прошедшие подготовку в подразделениях «Ungirdmarinen» молодые норвежцы направлялись на дальнейшую подготовку на германскую базу в Тронхейме (первая группа прибыла в январе 1943 г.), а затем распределялись на германские боевые и вспомогательные корабли, дислоцированные в портах Норвегии. Известно, что в Кригсмарине служили, по разным данным, от нескольких сотен до до 2 тыс. норвежцев, при чем больше всего на крейсерах ПВО «Нимфе» и «Тетис» (переоборудованных из норвежских броненосцев береговой обороны), а также на базах в Нарвике, Тронхейме и Хаммерфесте. Служащие «Hirdmarinen» носили довоенную норвежскую военно-морскую форму (в общем напоминавшую общемировые стандарты), однако с нарукавными нашивками – «солнечными крестами» и партийными кокардами, дополненными изображением якоря.
В мае 1942 г. появилась и летная служба «Государственной дружины» - «Hirdens Flykorpsen». Это было довольно немногочисленное подразделение, ориентированное исключительно на летную, планерную и парашютную подготовку норвежской молодежи, выразившей желание поступить в авиационные и парашютные части Люфтваффе. Для этих целей была сформирована учебная эскадрилья, которую возглавил бывший пилот-истребитель норвежских ВВС лейтенант В. Крон, по иронии судьбы герой оборонительной войны 1940 г. (в первый же день боев, пилотируя биплан «Глостер Гладиатор», он сбил германский истребитель Bf-110, получил повреждения в воздушном бою, совершил вынужденную посадку и затем сражался в составе пехотной части до последнего дня боев в Норвегии). Квислинговкая учебная эскадрилья имела в своем распоряжении дюжину переживших вторжение устаревших самолетов Фоккер С-V и «Тайгер Мот» из бывших национальных ВВС, а также небольшой парк спортивных планеров. Изредка бипланы «Hirdens Flykorpsen» и их пилоты привлекались немцами в качестве разведчиков и наблюдателей при антипартизанских операциях. К сожалению, точной информации о том, сколько пилотов и парашютистов подготовили «квислинговские ВВС» для Люфтваффе, и в каких частях потом сражались эти люди, обнаружить не удалось. Однако подлинно известно, что инструкторы и курсанты «Hirdens Flykorpsen» носили форму Люфтваффе с отличительными знаками «Государственных дружин». При чем «размах крыльев» орла на кокарде был видоизменен под явным влиянием кокарды германских ВВС, а «солнечный крест», который он нес в лапах, был вписан не в круг, а в щит в обрамлении дубовых веток. Своим выпускникам «Hirdens Flykorpsen» выдавал красивые квалификационные значки: «Пилот», «Пилот-наблюдатель», «Планерист» и «Парашютист», которые они потом продолжали носить в Люфтваффе.
14 августа 1943 г., когда правительство Квислинга приняло закон о восстановлении вооруженных сил Норвегии, «Государственная дружина» со всеми их службами, кроме женских и юношеских, была официально включена в их состав. После этого внимание Квислинга к своей партийной гвардии, впрочем, несколько снизилось. Как кадровый офицер, он с энтузиазмом переключился на попытки создания регулярных армейских частей, которые позволили бы ему реализовать мечту о равноправных союзнических отношениях с Гитлером. Добавим, что этот план лидера норвежских нацистов, как и многие другие, потерпел провал. По мере того, как ход войны становился для Германии все менее благоприятным, «Национальное единение» утрачивало и без того скромную поддержку норвежцев, и участвовать в опасных проектах квислинговцев они больше не горели желанием.
Тем не менее, Видкун Квислинг продолжал оставаться у власти вплоть до официального окончания войны 9 мая 1945 г. В последний день ему даже выпала сомнительная удача править Норвегией без постылого рейхскомиссара Тербовена, который накануне совершил самоубийство, подорвав себя взрывчаткой в своем бункере. Что же касается самого Квислинга, то 9 мая он приказал охранявшим его резиденцию Гимле «дружинникам» сложить оружие, вышел и сдался перешедшим на сторону Сопротивления норвежским полицейским. В тот же вечер он был взят под стражу местными антифашистами, а затем передан юридическим органам норвежского королевского правительства, вернувшегося из Великобритании.
«Государственная дружина», несмотря на ухудшение морального состояния и сокращение численности бойцов, особенно в 1944-45 гг., продолжала исполнять свои служебные обязанности до последнего дня войны. В условиях Норвегии, за исключением небольших северных районов (захваченных Советской армией) не испытавшей вторжения Союзников и контролируемой сильными германскими гарнизонами, надежда на приемлемый исход войны у «дружинников» оставалась очень долго. Капитуляция сил Вермахта в Норвегии, хоть и несколько запоздавшая по отношению с другими театрами Второй мировой войны (10 мая), не оставила им шансов. Норвежское Сопротивление, по точному выражению очевидца, «за годы войны научившееся у немцев жестокости», сразу начало массовые аресты объявленных вне закона квислинговцев. Многие активисты и рядовые члены «Национального единения» пытались бежать в соседнюю Швецию. Некоторые группы «дружинников» пробивались туда с боем, оказывая ожесточенное сопротивление преследовавшим их отрядам норвежских антифашистов. При аресте многих коллаборационистов, не желавших сдаваться бойцам Сопротивления и бравшихся за оружие, возникали кровопролитные стычки, жертвами которых становились не только их участники, но и случайные прохожие. Однако никаких организованных попыток создания послевоенного нацистского подполья в Норвегии не было. И дело здесь не только в малочисленности сторонников «Национального единения» и крушении в мае 1945 г. их идей, но и в национальном характере прагматичного и реалистичного норвежца. Драться, чтобы избежать ареста и наказания – пожалуйста; умирать за проигранное дело «из принципа» - никогда.
В майские дни 1945 г. победившими борцами Сопротивления в Норвегии были убиты несколько сот членов «Национального единения», в том числе многие «дружинники». Нашел бесславную смерть, среди прочих, и бывший конкурент Квислинга и министр полиции в его правительстве Йоанес Ли. За решеткой в эти дни оказались более 90 тыс. истинных и мнимых коллаборационистов, в том числе престарелый классик норвежской литературы Кнут Гамсун, «нацизм» которого носил чисто эстетический характер. В 1945-48 гг. перед королевским судом Норвегии по обвинениям в государственной измене, переходе на сторону противника или военных преступлениях предстали 28 750 членов партии «Национальное единение». Надо отдать должное правосудию маленькой страны с сильными демократическим традициями: оправдательные приговоры были почти такими же частыми, как и обвинительные, а большинство наказаний – относительно мягкими. Тем не менее, около 80 партийных функционеров, норвежских эсэсовцев, и просто рядовых «дружинников», допустивших жестокости в ходе карательных акций, были приговорены к пожизненному заключению. 45 человек осудили к смертной казни, и 37 из них приняли смерть перед строем расстрельных взводов. Одним из них стал и «норвежский Бенедикт Арнольд» - лидер «Национального единения», назначенный Гитлером министр-президентом Норвегии, Видкун Квислинг.
На процессе по обвинению высших руководителей «Национального единения» в государственной измене и переходе на сторону врага Квислинг заявил, что его «единственной целью было сохранение норвежского государства и отстаивание гражданских прав норвежцев». Тем не менее, приговор судей был однозначным: высшая мера. Существует мнение, что король Хакон VII был готов помиловать лидера норвежских нацистов, если бы тот обратился к нему с соответствующим прошением. Однако Квислинг, который в годы войны сам обвинил короля в переходе на сторону врага – британцев, отказался просить монарха о пощаде.
Дождливой ночью 24 октября 1945 г. во внутреннем дворе старой крепости Акершус приговор был приведен в исполнение. Перед смертью Квислинг держался достойно и крикнул расстреливавшим его солдатам военной полиции: «Норвежцы, я невиновен!» Судебный медик зафиксировал, что из 11 выпущенных пуль (1 винтовка по традиции была заряжена холостым патроном) бывшего диктатора поразили все, и он умер почти мгновенно.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments