vaga_land (Сергей Некрасов) (vaga_land) wrote in mil_history,
vaga_land (Сергей Некрасов)
vaga_land
mil_history

Category:

Про книгу Гюнтера Беддекера и про дядю Сашу из Благовещенска.

Читаю книгу Гюнтера Беддекера «Горе побежденным. Беженцы III Рейха 1944-1945» (М., 2006). Купил в октябре прошлого года, в Петербурге, на Литейном. 
                                                         Photobucket - Video and Image Hosting
Пересказывать содержание нет смысла. Многое на эту тему появлялось в последние годы в Интернете.
Как я отношусь к тому, что написано? В достаточной мере, осторожно.
Нельзя сбрасывать со счетов пропагандистскую истерию геббельсовского министерства пропаганды, и я вполне допускаю, что что-то могло быть сфабриковано.
Вместе с тем, не могу согласиться с теми, кто говорит, что раз нет документальных источников, подтверждающих то, что солдаты Красной Армии вели на территории Германии не лучшим образом (и это очень мягко сказано!), то нечего и говорить об этом, дескать, все ложь, клевета и очередная попытка опорочить советского воина-освободителя.
В чистый облик советского воина-освободителя я тоже верил. Пока школу не закончил. Потом постепенно стал понимать, что то, что пишут в учебниках, и показывают в кино, и то, что происходит в реальной жизни, зачастую очень сильно отличается друг от друга (и это очень мягко сказано!). 

В своем журнале я несколько раз упоминал дядю Сашу, жившего в большом селе Благовещенске, на юге Архангельской области. Родился он в 1923 году, в маленькой деревеньке, неподалеку от Благовещенска. Перед самой войной родители отправили его в Ленинград, где он несколько месяцев успел поработать на стекольном заводе. В армию его призвали летом 1941 года, сразу после того, как ему исполнилось 18 лет.
Был он связистом, таскал катушку с телефонным проводом, потом служил радистом в артиллерийской разведке. Два раза был легко ранен, один раз тяжело. Воевал в Белоруссии, в Восточной Пруссии, брал Кёнигсберг. В деревню вернулся с орденом Славы, орденом Красной Звезды, несколькими медалями.

Будучи студентом, я его как-то раз спросил:
- Дядя Саша, а много немцев вы на войне убили? Так, чтобы своими глазами видеть?
- Нет, в бою такого не было. Стрелять, стрелял, а кого моя пуля зацепила, не знаю. Огонь пушек корректировал, а сколько немцев от этого огня полегло, тоже не знаю. Но один раз я несколько немцев застрелил. Правда, не в бою это было…
(я не помню, какое место он назвал, то ли это было в Белоруссии, то ли уже в Восточной Пруссии, а придумывать не хочу)
…Немцы в лесу в окружении оказались, но дрались, не сдавались. Наши батареи опушку леса обстреливали, а я телефонистом был, приказы комбата по телефону передавал. Кругом кусты росли, и так получилось, что из-за кустов прямо к нам группа немцев вышла, человек шесть или семь, сейчас не помню. Вышли они, чтобы в плен сдаться, и, видимо, для того, чтобы к ним снисхождения больше было, они нашего раненого на плащ-палатке притащили. А тот, вот ведь сука, нет, чтобы радоваться, что тебя из боя вытащили, комбату заявил:
- Так это они меня и подстрелили!
А комбат горячий был, да еще бой идет, кричит:
- Ах, суки!
А потом мне:
- Сашка! Возьми автомат, отведи их за кусты, подальше, и расстреляй!
А что я сделаю? Если откажусь, комбат пистолет вытащит, да вместо немцев меня под горячую руку пристрелит. Взял автомат, повел немцев от командного пункта.
Там надо было траншею перепрыгнуть, а один немец то ли раненый был, то ли ослабел, но все эту траншею перепрыгнули, а он не смог, скатился вниз и вылезти не мог, только землю пальцами царапал. Я его в этой траншее и застрелил. Немцы все поняли, шли молча, никто даже убежать не попытался. Они же все худые были, отощавшие в окружении, понимали, что далеко не убегут.
Прошли еще немного. Я их остановил, приказал снять часы. Они часы сняли, мне отдали, стоят, на меня смотрят. Тут я и дал по ним несколько очередей. Они все на землю повалились, а я к комбату вернулся…

После войны дядя Саша всю жизнь в деревне жил и работал. Хороший был мужик. Плотник - золотые руки! Работал так, что завидно становилось. Лодырей и воров ненавидел, а бардак в сельском хозяйстве материл так, что уши в трубочку заворачивались. Неравнодушный был человек. Троих детей вырастил, у тех сейчас свои дети уже взрослые.
Попивал немного, был за ним такой грех, но кто не выпивал в русской деревне в те годы!
В том, что сдавшихся в плен немцев, по приказу командира расстрелял, особого греха не видел и угрызения совести если и испытывал, то сильно не мучился.

Немцев в Нюрнберге судили, в том числе, и за расстрелы военнопленных.
И расстрел сдавшихся в плен, всегда считался преступлением.
И немцы, оправдывавшиеся тем, что они только исполняли приказы, все равно были признаны военными преступниками.

Можно ли назвать военным преступником русского 21-летнего молоденького солдата, расстрелявшего по приказу своего командира группу немецких солдат, сдавшихся в плен?
Или военным преступником следует назвать его командира?
Вопросы… вопросы…
У меня нет ответов на эти вопросы…

А немцев, честно говоря, жалко.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments