wlad (wlad_ladygin) wrote in mil_history,
wlad
wlad_ladygin
mil_history

Category:

127. Что было, то было… Не всегда, что было предписано, было полезным….

Оригинал взят у wlad_ladygin в 127. Что было, то было… Не всегда, что было предписано, было полезным….
     Помню одну из встреч с историком Сергиенко. Мы договорились, что Анатолий Михайлович передаст мне очередную часть переписки с ветеранами 8 ак ДД. Но, видать, он был занят, и собрать вовремя письма не успел. Завел меня на веранду, достал из шкафа несколько  объемных папок и предложил самому из них «выуживать» письма.
       Открываю первую из папок… и обомлел. Передо мной лежал пожелтевший лист формата А4 со схемой полета на боевое задание 23.06.41 53 ДБАП. По экипажам, по звеньям, кто за кем следовал.   А на днях перед этим я ознакомился с «Боевыми потерями 40 БАД» с первого дня войны до ее расформирования весной 42 года из баз «Мемориала»… Схема относилась к первому боевому вылету 53 ДБАП на Кенигсберг и Данциг.  Полет был ночным, с 030 до 100 было сброшено 110 ФАБ -100 с высоты 7000 м. При возвращении два экипажа из 14 не дотянули до базы 50-60 км, вынужденно приземлились на своей территории в связи с нехваткой горючего. Самолеты оказались разбитыми, восстановлению, видать, не подлежали. И поэтому, как видно из «электронного» документа, были списаны, а экипажи остались живыми… Однако «продолжения» схемы в этой папке не оказалось. Схема и ничего более к ней. Я в запале рассказал об этом историку и, видя мой живой интерес к бумагам, он позволил мне все эти папки забрать с собой и не спеша ознакомиться с их содержимым. И только в последнюю поездку, через года полтора после этого, у меня оказалась именно та папка, откуда  случайно «выпала» эта схема…
      Тогда я и вспомнил о ней. И почувствовал,  что-то меня стало мучить. Это чувство возникает всегда, когда имеются известные факты – один из них эта схема, другой, что-то недавно прочитанное.  И главное, чувствовалась некая связь между ними. Но что?


      Смотрю на схему в который раз, смотрю на экран монитора, где «весят» боевые потери  40 БАД. Перебираю в голове, что в последнее время  читал. На крышке НР, что  «3в1», лежит папка, на обложке которой написано «Уржунцев К.И.» Открываю. Вот оно! Боевые действия в Иране! Но самое главное – это «…грубая ошибка – сбор ночью в отряды или в девятку», а схема та – это подтверждение тому, что в начале войны, в ночь, улетая на боевое задание, собирались звеньями и по эскадрильям, как и предписывалось  уставом, и как учили летать.
      Схему эту привожу, правда, несколько переработав. Почему-то в экипажах Шапошникова и Давыдова штурманы  стрелки-радисты под одними фамилиями. В том же электронном документе «Боевые потери 40 БАП» в  строках, датированных 25.06.41 года, с большой вероятностью определяю состав этих экипажей. Скорей всего машинистка, отпечатывающая копию схемы для историка, просто совершила опечатку…
схема 23-6-41

Из воспоминаний Константина Уржунцева «Боевые действия в Иране».
      Начало было назначено на 500 25 августа 1941 года, т.е. перелет границы самолетами и переход танками. В общем, начало войны.
      Война в Иране с точки зрения нас, летчиков – это, как ненужно делать и почему. Взлет был назначен на (примерно) 230 ночи. Сбор над аэродромом по (звеньям) отрядам в 3 самолета. Оговорюсь, что ночи в Закавказье даже летом черные и никакого  огонька. Взлетел и держись по приборам, а нужно собрать отряд. И пошла карусель, потому что выпускать стали один за другим. Еще отряд предыдущий не собрался, а в воздухе  выпускался другой. И не знаю, как другие отряды, а у меня пристроились один с другого отряда, а второй  совсем с другой эскадрильи. 
      Мне было задание бомбить аэродром, т.е.  самолеты на аэродроме и его постройки. Когда я пришел в район Ардабиля, то облачность была низкой, так что горы были выше облаков. Снижаться под облачность нельзя. Запасными целями  были аэродромы Мдиани и Тавризкий. Так как Мдиани был ближе, пошел туда. Бомбометание производил в разрывы облаков. Самолетов на аэродроме не было. Бомбы сбросили на строения по ведущему отряда. После бомбометания  проверил результаты. Они были плохими. Например, строение стояло целое, правый ведомый, который пристроился, у него были зажигательные бомбы,  и он несколько отошел.  Его бомбы легли  по полю аэродрома. Было видно, как они горели. Это 1-й полет.
      Второй был на аэродром Тавриз. Погода была отличная. Прошел на аэродром на Н=3000-4000 м. Ничего нет из самолетов. Снизился до 800-900м. Думал замаскированы. Сопротивления никакого. Обошел вокруг, ничего не обнаружив, решил бомбить ангар. Это и сделал, попал хорошо. Обстрела никакого.
      Третий полет был на мост в районе Тегерана. И опять карусель. Взлет ночью, сбор девятки над аэродромом. Кое-как собрались, но уже тогда, когда начало светать, прошли минут 30-40, подошли к облачности и в ней рассыпались. Я пробил облако вверх и никого не мог увидеть. Пошел один. Все время шел с набором, пока не набрал 7000 м, т.к. перед Тегераном хребет высокий. Погода была отличной. И, как было приказано, зашел, отбомбился  и тоже без сопротивления. Ушел обратно на Баку над морем, как шел и на Тегеран. Все время над морем сплошная облачность.  Пришел к Баку по расчету времени. Начал пробивать облака в долину реки Кура. Видать рассчитали не правильно. Уклонились, к полетам в облаках оказались толком не обучены.
      Дождь, сильная болтанка. Чуть в гору не врезался, еле выбрался, вернее, вывалился из облаков, подлетел до Евлаха и решил сесть. Горючее было на исходе, думал, что на аэродром Кировабада не дотяну. Сел, зарядился горючим и перелетел в Кировабад домой. А в Евлахе  стоял тогда полк полковника Тупикова.
      За четыре полета я не видел ни одного выстрела из зениток или истребителя, но потеряли несколько экипажей, они сами находили горы. Полк сделал 5 боевых вылетов. Я четыре. После первого вылета, когда шел на посадку, мне радист по ошибке дал посадку на запасной аэродром. Главное те экипажи, что были со мной, они сели, а меня посчитали сбитым над целью. Когда я прилетел на аэродром, то полк ушел во второй  полет.
      И вот не возвращается одна из наших эскадрилий. Цель была на ж.-д. станцию Тавриз и аэродром. Там была оборона ЗА , но слабоватая, а кто-то говорил, что очень много было ЗА. Летчик из нашей АЭ, по фамилии Лосев, был сбит над аэродромом. Выпрыгнул с парашютом и пришел в часть через некоторое время, остальные члены экипажа погибли.  Но 1949 году я его встретил случайно в поезде, ехали из Ленинграда в Москву. Из его рассказа, думаю, его сбил кто-то из наших, по ошибке ночью.
      Вот все, что я помню об Иранской войне. Ничего хорошего, одни ошибки и даже такая, можно сказать, грубая ошибка – сбор ночью в отряды или в девятку. Это сейчас смешно, но так было.  Мне кажется, в историю писать этот период непоучительно, если не оговориться перед этим, как ненужно было делать, но я обещал вам написать…
      P.S.  Глупость летать строем ночью стала очевидной. Сохранить строй ночью, иногда в облаках, не возможно. И для какой надобности такие «парадные» изощрения предписывались? Это днем оправдывалось, когда всем бортовым оружием отбивались от истребителей противника, а при обстреле ЗА  становились отменной мишенью. А ночью  строй само собой распадался, и приходилось каждому экипажу до цели пробиваться самостоятельно. А обратно, как показывала практика, возвращались, как кому повезет… Так и пришли к рациональной мысли – до цели добираться самостоятельно, четко выдерживая время подлета к ней, так как «выгрузка» над целью по очереди, обусловленной временем, заданным еще на земле при подготовке к боевому полету…
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments