puparo (puparo) wrote in mil_history,
puparo
puparo
mil_history

Category:

Разведчик Пётр Маслов.

Странная штука жизнь, зачастую так бывает что наиболее отчаянные бойцы, после окончания войны не находят себя в ней. Такое ощущение что люди были рождены именно для того военного отрезка своей жизни.

Приведу литературный пример, эпизод из повести Вячеслава Кондратьева "ДЕНЬ ПОБЕДЫ В ЧЕРНОВE".

Помню, как подвёл меня один из моих однополчан - Иван Карпов, по прозвищу Слон... Шёл я по Сретенке с одной долговязой девицей, генеральской дочкой, с которой только что начал развиваться у меня роман, как подошёл ко мне опухший, одетый в какую-то сменку Карпов и несмотря на мои отчаянные подмаргивания, осипшим басом попросил десятку, я конечно дал. Девица сделала строгие глаза и поджала губы. Когда же попытался взять её под руку, она брезгливо отодвинулась... Ну а я не стал ей рассказывать, что Ванька Карпов провоевал всю войну в пехоте, четырежды покалечен и имеет три «Славы». Бог с ней! Не буду же я ради неё чураться своих фронтовых ребят...

Ну а ниже сама история Петра Петровича Маслова.


«У «Кани» был брат Степан, отец Михайловой Любовь Степановны. На свадьбе в одной домаховской семье Степан «сцепился» с Масловым Петром (по кличке «Жлоб»), холостым парнем лет 19-20. «Жлоб» был известный на всю деревню драчун и «нахобякал» Степану «по первое число». Мужики навалились скопом на «Жлоба» и, связав его, положили под загнетку печи в доме невесты Прасковьи Масловой.
Степан пошёл жаловаться брату «Кане». Тот, в не себе от ярости, прибежал «на место происшествия» и прострелил связанному «Жлобу» ягодицу. Мужики после этого развязали раненого Маслова Петра и перевязали тряпицей рану. «Жлоб», взяв одну ногу в руку, попрыгал с остановками по огороду к себе домой…
В октябре 1943 года колона беженцев возвращалась в Домаху после угона в немецкую эвакуацию. Под Севском их остановили офицер с солдатами и забрали с собой мужчин призывного возраста, в том числе и «Каню». Домой с войны он не возвратился.
Маслов же Пётр остался жив после ранения, полученного от «Кани». В 1943 году он был призван в действующую армию, воевал в разведке. Вернулся вся грудь в орденах.
А вот что рассказал о своём двоюродном дяде Маслове П.П. Калинов А.И. («Дудин»).
У Маслова Г.С. был и другой племянник, второй сын брата Петра, Маслов Петр Петрович 1925 г.р. (по-уличному «Жлоб»), невысокого роста, плотный, коренастый крепыш, со здоровенными кулаками в бородавках. По словам Калинова А.И. 1932 г.р.: «Подраться «Жлоб» любил, но без ножа!». Во время оккупации, летом 1943 года затеял борьбу с ним немецкий подполковник.
Мать Елизавета Тихоновна Маслова, обеспокоенная за сына «крутилась» рядом, то и дело повторяя: «Петя, ляжь сам! Петя ляжь, кому сказала!» На что сын, раззадоренный борьбой, отвечал сквозь зубы: «Счас! Жди!» - и, изловчившись, валил немца с ног. Подполковник не обижался. По очереди они с Петром валяли друг друга наземь. Даже когда в пылу борьбы Петр порвал рубаху у немца, и мать Елизавета охнула, подполковник засмеялся, объявил «перекур». Он потрогал замашную (посконную) рубаху своего соперника и сказал: «Петя, это – вещь!»
После освобождения в 1943 году Маслова Петра Петровича и его однофамильца и сверстника Маслова Егора Ильича 1925 г.р. призвали в действующую армию. Егор Ильич был первым номером на станковом пулемёте. В 1944 году где-то в Белоруссии, в боях у станции перебегал железнодорожную насыпь и был сражен пулей немецкого снайпера и там же около железной дороги был похоронен.
Петр Петрович Маслов служил в полковой разведке, получил три ранения, но остался жив и войну закончил в Берлине. Демобилизован из армии в 1945 году. Был награжден двумя орденами Славы, тремя орденами Красной Звезды (один из этих орденов прислали родным уже после его смерти), медалями «За отвагу» и «За боевые заслуги».
Уже работая шофёром у Фака, повез как-то Александр Иванович в Орёл заболевшую свояченицу «Тюленя» (Козина М.Г.). Около больницы к нему подошел мужчина и спросил: не Фака ли это машина. Удостоверившись, что он не ошибся, поинтересовался, как там поживает Маслов Петр Петрович. Узнав о гибели фронтового друга, был крайне удивлен: «Как его убили?! Не поверю! Если пьяного только напоили!»
Родом из села Дружно Дмитровского района (фамилию его Калинов А.И. забыл), сержант фронтовой разведки был в одной команде с Масловым П.П. до конца войны.
«Пошли с заданием в разведку. «Сняли» охранение немцев, взяли языка и вместе с ним выползли за колючую проволоку. Петр, как всегда, прикрывал отход. Ждём, а его всё нет. Туман стоит – ничего не видно. Глядим – бежит с термосом на спине. Пока мы немца вязали – он в блиндаж заглянул. Увидел термос на столе, попробовал – ром. Взял с собой в рюкзак: «Чтоб «языка» обмыть». Когда лез под проволоку – зацепил. Немцы всполошились, стрельбу подняли».
«В другой раз ходили - взяли «языка». Возвращаемся, Петр прикрывает отход. Оглянулись – нет его. Капитан был с нами в разведке, спрашивает, где этот бедовый. Ждём, чертыхаемся. Глядим - за немцем гоняется по нейтральной полосе. Ни наши, ни немцы не стреляют. Догнал, свалил и связал его в воронке. Потом приволок немца».
После войны Петр Петрович Маслов работал по наряду в колхозе, а жил в семье Калиновых. Мать Александра Ивановича Калинова («Дудина»), Маслова Любовь Григорьевна доводилась ему двоюродной сестрой. В 1947 году Петр Петрович построил хату и переехал в неё жить.
О том, как приходилось иной раз «добывать» лес для строительства, рассказал напарник и сосед Петра, Жидков А.А. Днём возили они с Петром фураж на ферму, а на вечер глядя, поехали в лес на «Крутую горку», за д.Воронино. Подъехав к сторожке, Пётр, соскочив с телеги, подпер бревном дверь. После этого нарезали и увезли на телеге дубков пять. Только к обеду смог освободиться сторож, когда привезли ему «харч».
Не то, что лес для строительства, даже лыко, содранное с липовых прутиков и предназначенное для плетения лаптей, изымалось лесниками, дежурившими на мосту через Неруссу. Чтобы обойти этот сторожевой кордон, приходилось близ пос. Никольский переправляться через Неруссу вброд, держа одежду с лыком над головой.
В 1951 году Маслов П.П. работал в колхозе сторожем при локомобиле. В 1952 году его осудили за сопротивление представителям власти (милиции). Как герой войны попал в тюрьму видно из рассказа Жидкова Александра Афанасьевича.
В начале 50-х годов, как и в прежние, довоенные годы, свиньи и поросята из личных подворий были на «вольном выпасе» днём, а к вечеру возвращались к хозяевам. «Жлоб» и прикрыл такого «бегунка» у себя во дворе. Но когда узнал, что старушка-хозяйка заявила через сельсовет о пропаже в милицию, выпустил его на улицу, во избежание неприятностей. И, тем не менее, не обошлось.
С утра из Дмитровска приехал милиционер с предложением «проехать» в районный отдел милиции для выяснения обстоятельств. Пётр вспылил и, по словам Александра Афанасьевича, «нахобячил» так стражу порядка, что тот «забыл как читать буквы алфавита». После чего отправился к магазину, чтобы выпить и «снять стресс», говоря современным языком.
Очухавшись, милиционер позвонил в райотдел и вызвал подмогу. Через какое-то время подкрепление в лице четырёх милиционеров на полуторке прибыло в Домаху. Магазин был напротив сельсовета, так что Маслова Петра им долго искать не пришлось. Милиционеры пригласили его к себе в кузов с намерением отвезти в Дмитровск.
Но не тут-то было! Видимо решив, что больше одного положенного срока не дадут, «Жлоб» вспомнил свою удалую фронтовую молодость и стал «показывать» милиционерам «пятый угол» в кузове. Неизвестно, чем бы закончилось избиение представителей власти, если бы шофер машины не подкрался сзади и не ударил Маслова Петра заводной рукояткой по голове. Буяна скрутили и доставили куда надо. Учитывая его боевые заслуги, ему дали срок «не на полную катушку».
Отбывал он наказание в одной из волжских тюрем вместе с земляком Козиным Алексеем Степановичем (1914-?). По рассказу Козина А.С. «Жлоб» договорился с нормировщиком и пообещал тому отдать заработанные в заключение деньги. За это нормировщик делал каждый день приписки Маслову, благодаря чему он стал ударником и за хорошее поведение и «стахановский» труд заработал досрочное освобождение.
Получив деньги и выйдя на волю, он послал нормировщика «куда подальше», сел на пароход и поплыл домой. Но нормировщик направил вслед за ним на пароход «своих людей», которые, подпоив, сбросили Петра с парохода в Волгу.

Из книги Владимира Евгеньевича Прохорова "Сермяжные истории".

http://www.kraeved.ru/blog/sermyaga

Ниже его наградные.


Представлен к медали «За отвагу», награждён 26.04.1944 медалью «За боевые заслуги».


Награждён 02.07.1944 орденом Славы III степени .


Представлен к Ордену Славы II степени, награждён 08.02.1945 орденом Красной Звезды.


Представлен к Ордену Славы II степени, награждён 18.04.1945 орденом Красной Звезды.


Представлен к Ордену Славы II степени, награждён 08.05.1945 орденом Красной Звезды.


Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments